Объективно-субъективная заданность начальных условий личностного развития

[ВП СССР18] Но переход к выявленной в предыдущем подразделе алгоритмической норме психики — в силу неготовности телесных и биополевых структур новорождённого поддерживать эту норму — возможен только в процессе взросления новорождённого несмышлёныша и осмысленной жизни подростка или взрослого человека. И сам этот переход представляет собой процесс циркуляции информации в Жизни, в котором участвует психика человека на любой стадии её развития от младенчества до смерти подчас в глубокой старости.

Однако рассмотрение этого процесса с позиций «Я-цент­рич­ного» мировоззрения или «антропоцентричного»[282] мировоззрения (что несколько шире) не даёт правильного представления о характере циркуляции информации, обеспечивающем личностное развитие каждого из людей и человечества в целом, по той причине, что, опираясь на эти два вида мировоззрения, алгоритмика мышления неизбежно подчиняет решение каких-то вопросов немотивированному и безосновательному предубеждению, которое можно выразить в следующих словах: весь Мир предназначен для человека, т.е. — для удовлетворения исключительно его потребностей как генетически заложенных, так и им выдуманных.

«Я-центричное» мировоззрение при таком подходе к Жизни посягает на употребление в своих интересах не только объектов из состава среды обитания человечества, но и других людей вместе с их потенциалом, способностями, имуществом, будто они и не люди, а предметы общественного обустройства жизни «Я-цент­риста» или объекты из состава среды его обитания. Это порождает множество внутриобщественных несправедливостей и конфликтов между «Я-центристами»: от мимолётных детских драк и ссор по пустому поводу — до посягательств на порабощение других людей и народов, включая и мировые войны за передел власти над регионами Земли, их ресурсами и населением.

«Антропоцентричное» мировоззрение, будучи обеспокоено разрешением всей такого рода внутриобщественной проблематики, отождествляет интересы личности с интересами всего человечества, и требует подчинить интересам человечества в целом интересы личности и разнородных подгрупп человечества. Это несколько лучше, чем «Я-центризм» в его персонально-демо­ни­чес­кой агрессивной активности, поскольку на основе «антро­по­цен­т­ричного» мировоззрения корпоративно-демони­чес­кая актив­ность заботится о прекращении внутриобщественных конфликтов и снятии, сдерживании и разрядке в безопасно-канализационных формах[283] внутриобщественной напряжённости, выливающейся в эти конфликты. То есть корпоративно-демонический «антропо­цен­т­ризм» в меру своего понимания заботится о разрешении проблем, обусловленных разноликим «Я-центризмом», однако отношение к среде обитания по-преж­нему остаётся во многом паразитически-силовым как бессознательным, так и осознанным, но безвольным[284].



И «Я-центричное», и «антропоцентричное» мировоззрения остаются слепы ко многому в Жизни, и это — худший из видов слепоты: это — слепота тех, кто не желает либо страшится видеть Жизнь такой, какая она есть, будучи порабощён своими вожделениями «прог­нуть Мир под себя»[285].

Поэтому ни «Я-центричное», ни «антропоцентричное» миро­воззрение не может выразиться в педагогике как науке об искусстве ВСПОМОЩЕСТВОВАНИЯ со стороны окружающих РЕБЁНКУ В ЕГО САМОВОСПИТАНИИ: от первых секунд младенчества новорождённого до становления к началу юности в качестве носителя человечного строя психики и Богоначального мировоззрения и миропонимания, т.е. человека. Они могут породить только «зомбирующую педагогику», программирующую психику ребёнка готовыми к употреблению мнениями по вопросам, включённым в программу учебного курса, и заглушающую и извращающую его творческий потенциал своей разнородной «штамповкой».

В действительности же Мир не предназначен для удовлетворения агрессивно-паразитических устремлений носителей «Я-цент­ризма» и «антропоцентризма». В Жизни есть то, что предназначено человеку и человечеству для удовлетворения их естественных потребностей[286] и творческих интересов. Но есть и то, для чего Богом предназначен и каждый человек, и человечество в целом. И об этой двоякой обусловленности бытия каждого из людей и человечества в целом забывать не следует.

И соответственно в Богоначальном мировоззрении триединства материи-информации-мhры личностное развитие невозможно рассматривать иначе, как в его взаимосвязях с глобальным историческим процессом, с биосферой Земли (по отношению к которой глобальный исторический процесс является частью её эволюцион­ного процесса) и с Жизнью в целом.

Глобальный исторически процесс целесообразен и развивается целенаправленно, а в предопределённости его течения есть место для деятельности каждого рождающегося человека в русле осуществления Промысла Божиего.

Если смотреть на существо глобального исторического процесса с точки зрения материалистического атеизма, главное в нём — научно-технический прогресс, наращивание производственных и, как следствие, — силовых по отношению к Природе и потребительских возможностей человечества в целом и каждого из людей, принадлежащих к той или иной общественной группе[287].



Если смотреть с точки зрения идеалистического атеизма в его новонаветно-христианской модификации, главноё в нём — покорно и безропотно терпеть всё, делая, что прикажут, и отдавая «кесарю — кесарево», «слесарю — слесарево», в непрестанном чаянии «жизни будущаго века» дожидаясь своей смерти либо второго пришествия Христа лично.

Если смотреть с точки зрения идеалистического атеизма в его ветхонаветно-иудей­ской модификации, главное в нём — пасти этих «рабочих скотов-гоев» и работать на победное завершение Библейского проекта порабощения всех: это иудейский социологический «эзотеризм», а публично то же самое называется ожиданием прихода Мессии и установления им своего всемирного царства[288].

Если смотреть на глобальный исторический процесс с орденско-«эзотерических» позиций идеалистического атеизма, то в его публичных выступлениях, главное в нём — открытая возможность накачки пробудившимся индивидом разнородных властных способностей, имеющая целью — стать совершенным магом, воле которого подвластно в Мироздании всё[289]; а в его умолчаниях для внутреннего употребления главное в нём — устойчивое и безопасное поддержание толпо-“элитаризма” в преемственности поколений путём «опускания» средствами культуры, науки и технологий людей до уровня организации алгоритмики психики более низкого, чем при животном строе, дабы придать толпо-“элитариз­му” новые всё более изощрённые формы, скрывающие его существо.

Иными словами материалистический атеизм и идеалистический атеизм орденско-«эзотерического» толка расходятся только в способах осуществления власти над Природой: материалисты — за технико-технологический путь; идеалисты-«эзотеристы» — за путь магии на основе освоения биологических и психологических способностей, генетически свойственных самим людям, и за развитие генетического потенциала.

Толпо-“элитаризм” неизбежно сопутствует тому и другому, будучи выражением личностной зависимости одних от других в иерархии носителей разнородных знаний и навыков. При этом иерархии материалистов и идеалистов-«эзотеристов» взаимно проникают друг в друга и различаются только характером культивируемых каждой из них знаний и навыков. Иерархия идеалистов-«эзо­теристов» главенствует в этом симбиозе, о причинах чего говорилось разделе 6.2 в сноске об эзотеристах-“материалистах”.

Но если смотреть на глобальный исторический процесс, пребывая при нормальном эмоционально-смысловом строе души, то главное в нём — изменение в направлении человечности так называемой «ноо­сфе­ры» — коллективной разумной духовности человечества в целом[290], объемлющего всех людей эгрегора человечества, который одновременно является эгрегором и социальным, и биосферным, и общеприродным (по крайней мере при рассмотрении в пределах ближнего космоса планеты Земля). Изменение «ноосферы» происходит под воздействием перехода к человечному строю психики людей даже вопреки гнёту толпо-“элитаризма” на протяжении всей истории нынешней глобальной цивилизации.

По отношению к этому процессу целенаправленного изменения под Божьим водительством коллективной духовности человечества в глобальном историческом процессе всё остальное носит сопутствующий, во многом преходящий характер либо подобно «строительным лесам и стро­и­тельному мусору», неизбежно присутствующим на всякой незавершённой стройке, но ни коим образом не характеризующим ни само произведение архитектуры как таковое в его будущем завершённом виде, ни его предназначение.

Причём, если говорить о коллективной духовности человечества нынешней цивилизации, то она развивается не с нуля, не с «чистого пустого листа».

Её «стартовое состояние» определилось тем, что уцелело по завершении глобальной природной катастрофы, имевшей место примерно от 10.000 до 13.000 лет тому назад (по разным оценкам) и уничтожившей предшествующую глобальную цивилизацию, в которой доминировала Атлантида. И соответственно, как и после всякого краха, нынешняя коллективная духовность изначально унаследовала кроме всего прочего и некоторую тенденцию к возобновлению прежнего образа жизни[291], т.е. тенденцию к восстановлению общественного устройства преж­ней глобальной цивилизации.

Однако эта тенденция к возобновлению образа жизни прежней глобальной цивилизации не является единственной в истории нынешней глобальной цивилизации: её история представляет собой борьбу этой тенденции с другими тенденциями, с нею не совместимыми в одном и том же обществе. Но чтобы судить о том, хороша тенденция к возобновлению образа жизни прошлой цивилизации или плоха и в чём именно хороша либо плоха, — эту тенденцию необходимо выявить в её существе и осознанно осмыслить, поскольку она, насколько это возможно для неё, на протяжении всей истории осуществляется для большинства людей «ав­то­матически», действуя через эгрего­ри­аль­ную алгоритмику кол­лек­тивного бессознательного[292].

Какой была предшествующая глобальная цивилизация, — достоверно знает только Бог. Но если анализировать общедоступные повествования об истории, то можно выявить действия, направленные на возобновление образа жизни прежней глобальной цивилизации, имеющие место на протяжении всей жизни нынешней глобальной цивилизации; если анализировать сами эти действия и мифы и легенды разных народов о «допо­топ­ных временах», то неизбежен вывод о том, что прежняя глобальная цивилизация не была царствием всеобщего благоденствия на Земле. «Благо­ден­ствие» меньшинства обеспечивалось насильственным лишением достоинства человека большинства. Согласно одной из реконструкций образа прошлой глобальной цивилизации на основе мифов, они жили даже не так, как мы...

* * *

«Раса господ» была относительно немногочисленной и обитала только на одном из материков с наиболее приятным мягким климатом. Вне этого материка были только её опорные пункты для управления хозяйственной деятельностью обслуживающих её под­не­вольных народов, которые были лишены возможности вести техническую деятельность на основе техногенной энергии. Это обеспечивало высокий потребительский уровень «расы господ» при относительно благополучной экологии планеты в целом.

Одна из такого рода реконструкций утверждает, что экземпляры особей «расы господ», если и не обладали телесным бессмертием, то воспринимались в качестве бессмертных всем остальным населением планеты, поскольку многократно превосходили подневольных им по продолжительности жизни: это и дало почву для легенд о богах и полубогах, некогда живших среди людей. Не исключено, что они употребляли и генную инженерию в отношении подневольных, обратив тех фактически в биороботов, чьи способности к творческому саморазвитию были искусственно ограничены непосредственным искажением их генетики.

Последнее, как известно, в нынешней глобальной цивилизации, особенно в Западной её составляющей, является пределом мечтаний многих представителей правящей “элиты”. Фильм “Мёртвый сезон” — только одно из многих художественных отображений исследований, реально проводимых в направлении создания научно обоснованными методами расы “гос­под” и множества рас её обслуживающих биомеханизмов: саморазмножающихся, функционально специализированных, программируемых на обычном человеческом языке — заменителей труда «настоящих людей» в быту и в бизнесе.

Кроме того «раса господ» несла в себе культуру магии — свод своего рода практик биополевого произвольного воздействия на течение событий, закрытую от остального населения в том числе и вследствие извращения их естественной генетики, данной Богом[293].

* *
*

Так или иначе, но стремление установить в глобальных масштабах нечто подобное такого рода расовым толпо-“элитарным” реконструкциям жизни Атлантиды[294], прослеживается на протяжении всей истории нынешней цивилизации. И прослеживается тем более ярко, чем большего достигают её наука и технологии.

Эта тенденция проистекает из того, что в ходе глобальной природной катастрофы не все погибли. Те кто пережил её, сохранив личностную (автономную, независимую от эгрегоров) память, приступили к возобновлению привычного им образа жизни. Те, кто не обладал личностной памятью, а обладал только эгрегориальной памятью, — при разрушении эгрегоров «ноо­сферы» прошлой цивилизации утратили память и одичали. Они и их потомки стали средой и объектами цивилизаторской миссии тех выживших, кто сохранил культуру, в том числе и культуру магии и какую-то науку. Но одичавшие, осваивая свой творческий потенциал, начали и собственное цивилизационное строительство, которое и породило тенденции, несовместимые с возобновлением образа жизни прежней расово “элитар­ной” глобальной цивилизации.

Поэтому на протяжении всей истории нынешней глобальной цивилизации прослеживается и тенденция к организации жизни общества на иных принципах, благодаря которой в нынешней глобальной цивилизации обнажённое владение «господ» «гово­ря­щи­ми орудиями» и открыто узаконенное и общепризнанное разделение общества на кланы «господ» и безликое безропотное «ра­бочее быдло» не смогло устояться вопреки усилиям множества поработителей и их идеологических пособников — программистов индивидуальной и коллективной психики — служителей всевозможных культов, подобных апостолу Павлу[295]. В результате помыслов и иных действий тех, кто противился разноликому рабовладению, изменялась «ноосфера», которая не поддерживала алгоритмику самоорганизации жизни общества ­с проявлениями рабовладения, выявленными кем-либо из людей. Так в истории нынешней глобальной цивилизации рабовладение под давлением стремления множества людей к человечной жизни постоянно трансформировалось, выставляя на показ всё больше и больше “сво­боды личности” в оглашениях и прячась в умолчаниях и в разнородных свойствах жизни общества, которые не осознаются людьми в качестве средств осуществления рабовладения[296].

Прошлая глобальная цивилизация зашла в тупик, из которого её властители не пожелали вывести её своею доброй волей, когда им Свыше было предложено это. Только после этого она и была предоставлена сама себе:

· за то, что демонический строй психики устойчиво воспроизводил себя в преемственности поколений в её “элите”, препятствуя личностному развитию всего её остального населения и извращая всеми доступными “элите” средствами суть человека;

· для того, чтобы человечество Земли обрело возможность само выйти из тупика под Божьем водительством.

Так Бог предоставил прошлой глобальной цивилизации возможность жить и действовать в пределах Его попущения, где она и погибла под воздействием неподвластных ей обстоятельств, лишённая Божьей поддержки и помощи[297]. С её гибелью ослаб гнёт демонической культуры и магии правящей расовой “элиты”, ослабла и власть над людьми поддерживаемых “элитой” эгрегоров и большинство, утратив вместе с разрушившейся эгрегориальной памятью и культуру, закрепощавшую их сознание и волю, обрело свободу творчества. И это была помощь Свыше душам людей, поскольку Богу — по известным Ему причинам — угодно, чтобы человек осознанно осмысленно был сотворцом самого себя в русле Божиего Промысла, а не запрограммированным свыше биороботом. Началось развитие нынешней глобальной цивилизации, её культуры, её «ноосферы» — коллективной духовности человечества, в которую каждый из живущих вносит своей вклад.

С такого рода оценкой причин гибели предшествующей глобальной цивилизации кто-то не согласится, либо будет праздно требовать “доказательств”. Но если они честны, то пусть найдут доказательства, что это не так, сами: археология, палеонтология, геология на протяжении нескольких столетий своего существования дают доказательства того, что прошлая глобальная цивилизация существовала и погибла в глобальной природной катастрофе[298], но эти факты не лезут в культивируемый в школах и вузах исторический миф о развитии человечества с нуля после появления якобы несколько десятков тысяч лет тому назад в животном мире Земли нового биологического вида — человека.

И к выводу о необходимости искать ключи к пониманию возникновения проблем в жизни нынешней цивилизации в наследии, переданном допотопной цивилизацией, на протяжении истории нынешней глобальной цивилизации исследователи приходили неоднократно.

В частности, популярный в России в начале ХХ века писатель Д.С.Мережковский[299] (1866, СПб — 1941, Париж), сопоставив содержание мифов об Атлантиде и тексты Библии, пришёл к выводу, что источник библейских текстов — древний Египет. В 1923 году он, будучи уже в эмиграции, написал книгу “Тайна трёх. Египет — Вавилон”, которая в России не издавалась до самого недавнего времени.

Почему книга была в России под запретом и почему вышла в начале третьего тысячелетия? — По нашему в мнению, в ней — не осознаваемый её автором приговор Библейской цивилизации, которая зародившись в древнем Египте, так и не смогла за многие века преодолеть «печального наследия Атлантиды» и продолжала воспроизводить его так, как это было когда-то давно задумано хозяевами Библейского проекта порабощения всех.

Обратимся к названной книге:

«Вы, эллины, вечные дети! Нет старца в Элладе. Нет у вас никаких преданий, никакой памяти о седой старине», — говорил Солону Афинянину старый саисский жрец (один из представителей древнеегипетской иерархии знахарей: наше пояснение при цитировании). Это беспамятство нового человечества объясняет он всемирными потопами и пожарами, многократно истреблявшими род человеческий; только в Египте их не было, и только здесь сохранилась память о допотопной и доогненной древности.

«Был некогда Остров против того пролива, который вы называете Столпы Геркулесовы: земля, по размерам бульшая, чем Ливия и Малая Азия вместе взятые. Этот Остров — Атлантида», — сообщает этот же саисский жрец, одно из древнейших сказаний Египта. Атланты, жители Острова, были “сынами Божьими” (Платон, “Критий”)

«В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии (Benk Elohim) стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им. Это сильные, издревле славные люди», — как бы вторит Бытие Египту. (Библия, Бытие 6:4)

«Когда же божеская природа людей постепенно истощилась, смешиваясь с природой человеческой, и наконец человеческая совершенно возобладала над божеской, то люди развратились, — продолжает египетский жрец у Платона. — Мудрые видели, что люди сделались злыми, а не мудрым казалось, что они достигли вершины добродетели и счастья в то время, как обуяла их безумная жадность к богатствам и могуществу… Тогда Зевс решил наказать развращенное племя людей». (Платон, “Критий”)

«И увидел Господь, что велико развращение человеков на земле... и воскорбел в сердце Своём. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков», — опять вторит Бытие Египту. (Библия, Бытие, 6:5 — 7)

Конец обоих преданий один. Египетский бог Атум говорит: «Я разрушу, что создал: потоплю землю, и земля снова будет водою». — «Воды потопа пришли на землю... и лишилась жизни всякая плоть» (Библия, Бытие, 6:10, 21) — «произошли великие землетрясения, потопы, и в один день, в одну ночь... остров Атлантида исчез в пучине морской» (Платон, “Тимей”)

«Атланты распространили владычество своё до пределов Египта», — сообщает Платон. А по Геродоту: «был путь из Фив к Столпам Геркулесовым» — к Атлантиде.

Так, в этом древнейшем сказании, может быть первом лепете человечесва, начало нашего мира связано с концом каких-то иных миров. И связь между концом и началом — Египет.

Если в сказании об Атлантиде нет никакого зерна внешней исторической истины, то зерно истины религиозной, внутренней, в нём все-таки есть: языческая эсхатология начала мира, столь противоположно-подобная христианской эсхатологии конца — Апокалипсису.

Свет Атлантиды, вот что на дне головокружительно-бездон­ной Египетской древности — вечности.

А что такое Атлантида? Предание или пророчество? Была ли она или будет?

Атланты — «сыны Божьи», или, как мы теперь сказали бы, «человекобоги». «Человек возвеличится духом божеской, титанической гордости — и явится Человекобог», — говорит Иван Карамазов у Достоевского. О ком это сказано? О них или о нас? Не такие же ли и мы — обреченные, обуянные безумною гордыней и жаждою всемогущества, сыны Божьи, на Бога восставшие? И не ждёт ли нас тот же конец?» (Д.С.Мереж­ков­ский, “Тайна трёх. Египет — Вавилон”, Москва, «ЭКСМО-Пресс», 2001 год, стр. 170 — 173)

Но будучи раздавленным авторитетом библейской традиции интерпретаций текстов и фактов, Д.С.Мережковский как и все, кого пленила оккультно-эзотери­чес­кая традиция, унаследованная от Атлантиды, так и не смог за всю свою жизнь дать ответа на вопрос:

Если «Атлантида — свет», то за что Бог предоставил её самой себе в Своём попущении, в котором она и погибла?

* * *

Тем не менее настоящая работа не о прошлой глобальной цивилизации, неправедно устроенной и потому погибшей в попущении Божием, а о построении будущей глобальной цивилизации, в которую должна преобразиться нынешняя.

И вне зависимости от специфики неправедности прошлой глобальной цивилизации, обусловившей её гибель, выявленные различные типы строя психики, носителями которых может быть один и тот же субъект в разные периоды своей жизни, — объективная данность. И соответственно различию возможностей каждого из этих типов строя психики[300] и различию возможностей обществ носителей каждого из них СПРАШИВАЕТСЯ:

Что, Бог предопределил в качестве нормы для человека животный строй психики? или строй психики зомби? или демонический строй психики? — Либо Бог однозначно предопределил в качестве нормы для взрослого человека человечный строй психики, поскольку при всех прочих типах строя психики человечество неспособно ни к чему, кроме как агрессивному паразитизму во всё расширяющихся границах, а в конечном итоге паразитизма — к самоликвидации?

По нашему разумению Бог предопределил человечный строй психики в качестве нормы для всех людей, которая должна достигаться к началу их юности. Соответственно, порочно всякое общество, в котором эта норма не осознаётся в качестве предопределённой Свыше нормы и жизненного идеала для тех, кто её не достиг, а культурой общества не обеспечивается воспроизводство этой нормы личностного становления к юности в преемственности поколений с нарастающей тенденцией охватить всё общество[301].

Но вопреки необходимости обеспечивать достижение человечного типа строя психики к возрасту начала полового созревания, т.е. упреждая завершение работы генетической программы развёртывания вещественно-телесных и биополевых структур организма, эгрегоры человечества несут алгоритмику сдерживания и извращения личностного психического развития человека, препятствующую подавляющему большинству новорождённых в достижении человечного строя психики к началу их юности.И именно в эту «ноосферу» — за отсутствием на Земле иной, обеспечивающей достижение этой нормы в период детства и подросткового возраста, — своими бессознательными уровнями включается психика каждого рождающегося человека ещё в период его внутриутробного развития.

Но если Бог не ошибся, то СПРАШИВАЕТСЯ: осознавая это несоответствие между состоянием «ноосферы» и потребностями развития личности от младенчества до становления человечного строя психики, можно догадаться, что всякой душе, приходящей в этот Мир, предлагается некоторый свод дел по преобразованию коллективной духовности — всей совокупности эгрегоров человечества — так, чтобы это выявленное несоответствие с течением исторического времени в преемственности поколений исчезло раз и навсегда?

На наш взгляд, — можно догадаться, и эта догадка не будет пустым вымыслом: всё действительно так и есть, и в этом можно убедиться, проанализировав нравственность и выражающую её этику в конкретных обстоятельствах жизни всякого рода (в смысле клана) по восходящим линиям родства предков на протяжении нескольких поколений.

* *
*

И каждой душе открыта возможность осуществить про­грам­му «почти максимум» — достичь под Божиим водительством человечного типа строя психики хотя бы в зрелом возрасте[302], если не к юности, и на этой основе продолжить личностное развитие далее и внести свой вклад в становление человечности и её коллективной духовности — будущей «ноосферы». Но за человеком признаётся право на ошибку, и ему предоставлена свобода выбора, вследствие чего перед ним открыта возможность осуществить и «про­грам­му-минимум» при некотором количестве разнородных ошибок, которые должны послужить жизненным уроком и ему самому, и другим людям. Множество возможностей, заключенных в полосе, ограниченной «про­грам­мой-мак­си­мум» и «программой-минимум», и есть судьба человека.

Что будет сопутствовать в дальнейшей жизни каждого, осуществившего его личную «программу-максимум» ранее исчерпания жизненных ресурсов его организма, — Бог знает. Но уклонение от осуществления «программы-минимум» и усугубление состояния «ноосферы» своими личностными ошибками действий и бездействия и, прежде всего, — ошибками в избрании нравственных мерил и определении их иерархической упорядоченности, которые задают всю алгоритмику психической деятельности личности, включая и её участие в эгрегорах коллективной психики, — неизбежно ведёт к исчерпанию Божиего попущения ошибаться и к пресечению жизни индивида в этом Мире ранее того срока, который мог бы обеспечить врождённый потенциал его здоровья.

Что и как возлагается на новорождённого изменить в «ноо­сфе­ре», — во многом определяется предысторией его рода, поскольку самыми близкими по отношению к психике каждого оказываются родовые эгрегоры его предков по отцовской[303] и материнской линиям. И некоторую долю ошибок, запечатлённых предками в родовых эгрегорах, и дел в не выполненных ими программах «мак­симум» и «минимум», человек наследует как свои жизненные задачи в своих программах «максимум» и «минимум», а что-то достаётся и его потомкам, если род не пресекается на нём.

Кроме того у всякого ребёнка есть родители, часто есть дедушки и бабушки, старшие братья и сестры, которые что-то сделали из состава своих программ «максимум» и «минимум», а от чего-то уклонились. И соответственно тому, что ребёнок является самым близким для них человеком, психика его включена в их же родовые эгрегоры, в ребёнке всем его близким и, прежде всего родителям, дедушкам и бабушкам, даётся увидеть их собственные личностные и родовые пороки и их последствия, дабы они переосмыслили и изменили что-то в себе самих. По отношению к родителям и другим близким это — «ответная» информация, приходящая по цепям обратных связей. Интенсивность её определяется тем, как на неё реагируют те, кому она адресована, будучи ответом на их действия или бездействие.

Эту составляющую генетического наследия церкви имени Христа называют «первородным грехом». Хотя в действительности доктрина о «первородном грехе» — богохульство, поскольку не справедливо на одного человека возлагать ответственность за то, что сделали другие, и чему он не мог воспрепятствовать. И эта эгрегориально унаследованная ошибочная алгоритмика — не грех, за который человеку предстоит ответить перед Богом, а наследование обстоятельств, за создание которых сам человек ответственности не несёт, но которые направлены на то, чтобы люди прочувствовали на своём личном опыте то, к чему они относятся (взрослые) или отнеслись бы (дети) без должного внимания или понимания в силу своеобразия алгоритмики их родовых эгрегоров, воздействующих на их бессознательные уровни психики; чтобы прочувствовали то, что осознанно считают допустимым для себя или других, хотя своими какими-то якобы допустимыми сознательными и бессознательными действиями или бездействием отягощают бедствиями жизнь других. Отвечать придётся не за “перво­род­ный” грех, а за своё собственное взращённое в течение жизни нравственно обусловленное отношение ко всему унаследован­но­му от предков, выразившееся в деятельности и бездеятельности, и за то, что будет передано потомкам в составе их генетического наследия.

В этом наследовании обстоятельство одно из знамений целостности Жизни всегда, позволяющее каждому прочувствовать, что всяким действием человек вносит свой вклад в категорию «ВСЕГДА», и, прочувствовав в себе наследие ошибок предков, — если он стремится к праведности — должен озаботиться тем, чтобы не передать их потомкам и не отягощать их своими ошибками, запечатлёнными в родовых эгрегорах.

Соответственно этой жизненной целесообразности, будучи одним из стимулов к личностному развитию и самого новорождённого, и его близких, так называемый «первородный грех» и не «смывается» обрядом крещения или каким-то иным магическим действием. Но если старшие в роду, видя в детях как в зеркале свою личную и родовую порочность, изменяют себя сами, то многое из того, что относится к «перво­родному греху» исчезает из алгоритмики психики младших в роду, подчас “само собой”, без каких-либо осознанных усилий с их стороны: просто в силу более ­высокого иерархического статуса старших в родовых эгрегорах, изменив себя, именно они изменяют и некоторые «общие области», на которые в родовых эгрегорах опирается алгоритмика психики младших[304].

Но точно также, как «первородный грех», потомкам передаётся и благое генетическое наследие. Но и то, и другое передаётся не в готовом к употреблению виде, а виде «прав доступа» к информации и алгоритмике, запечатленной в родовых эгрегорах и в объемлющих их эгрегорах в расширяющемся порядке их взаимной вложенности: от эгрегора семьи-рода к эгрегору человечества в целом и далее. Права доступа реализуются под давлением обстоятельств бессознательно или осознанно при осмысленном отношении к обстоятельствам и даваемой в Различении «первич­ной», «оперативной» и «ответной» информации.

Также судьбы людей включают в себя и их суженных супругов. Суженные друг другу — это те люди разного пола, которые став супругами, в наибольшей степени способны помочь друг другу в осуществлении «программ максимум» каждого из них, тем самым освобождая своих потомков, от необходимости исправлять многие ошибки алгоритмики своих родовых эгрегоров и открывая им более широкие возможности к воздействию на объемлющие эгрегоры в расширяющемся порядке их взаимной вложенности в «ноосфере»; соответственно дети, рождённые в браках суженных, обладают наилучшим врождённым потенциалом по отношению к иным возможным бракам их родителей. Но многие браки заключаются не между суженными в силу разных причин, что вызывает дополнительные трудности в осуществлении программ «максимум» каждого из супругов. Часть из этих трудностей достаётся их детям и последующим поколениям в качестве наследуемых жизненных обстоятельств, а также ошибок в алгоритмике психики и проблем, которые им необходимо устранить и разрешить в их программах «максимум» и «минимум»[305].

Таковы при крупномасштабном (т.е. не мелкодетальном) рассмотрении обстоятельства, сопутствующие рождению человека и его дальнейшей жизни как осуществлению единственного пути по матрице множества возможностей, открытых ему в судьбе[306].

Циркуляция информации в контурах прямых и обратных связей в жизни человека[307]

Соответственно проблемам и задачам, предлагаемым человеку в программах «максимум» и «минимум», Бог в Различение предоставляет ему содержательно ту или иную «первичную» информацию по мере готовности телесных и биополевых структур организма к её восприятию и обработке, а также соответственно развитости мировоззрения, а в речевом периоде жизни — и миропонимания[308]. Этот процесс, лежащий в основе формирования информационно-алгоритмического обеспечения поведения человека, начинается ещё во внутриутробном периоде развития и продолжается после рождения. Если нет тяжёлых генетических патологий, то интенсивно развёртывающиеся вещественно-телесные и биополевые структуры нервной системы[309] и организма в целом постепенно начинают поддерживать бессознательный интеллект как двоякий процесс:

· во-первых, как процесс упорядочивания «первичной» информации. В этой деятельности множество «это — не это», даваемых в Различении, складываются в мировоззрение.

· во-вторых, как процесс моделирования течения событий в Жизни на основе мировоззрения и выработки поведения как внешнего, так и внутреннего.

Эти две составляющие процесса бессознательной интеллектуальной деятельности протекают параллельно друг другу, взаимно воздействуя друг на друга.

Первоначально формирующееся мировоззрение — «Я-цен­т­рич­ное». А аналоги нравственных мерил, управляющие обработкой информации в алгоритмике психики младенца, берутся из генетически заложенной алгоритмики инстин­ктивно-рефлекторного поведения, соответствующей его возрасту.

Далее в детстве по мере развития структур организма в процессе взросления ребёнка и по мере развития его мировоззрения и миропонимания, но ещё до начала переосмысления им культуры взрослых в подростковом возрасте, эта инстинктивно-рефлектор­ная алгоритмика включается в более мощную (разветвлённую и гибкую), культурно[310] обусловленную алгоритмику поведения. Нравственные мерила в этот период жизни детей большей частью формируются в не осмысляемом ими игровом подражании поведению взрослых[311], а также берутся в готовом виде из эгрегоров, поддерживаемых обществом, и, прежде всего, — из родовых эгрегоров, на которые всякий человек неизбежно замыкается «авто­ма­ти­чески» — в силу факта происхождения от определённых предков — под воздействием заданной хромосомным аппаратом настройки параметров приёмников и излучателей биополей его организма.

Постепенно по мере взросления происходит первое изменение строя психики ребёнка. Оно обусловлено развитием воплощённого сознания ребенка до такой степени, что появляется и начинает развиваться сознательная составляющая интеллекта и начатки осознаваемой самим ребёнком его нравственности. Этот переход сопровождается и началом освоения членораздельной речи, что является началом формирования миропонимания ребёнка[312].

Интеллект ребёнка на этом этапе активно работает как в сознательной, так и в бессознательной составляющей, и ребёнка несёт по жизни гребень волны его творческой активности. Однако его твор­ческая активность в этот период выражается большей частью в приспособлении объектов и субъектов, находящихся вокруг него (включая родителей, дедушек и бабушек, братьев и сестёр), к себе, к своим текущим потребностям, а также и в приспособлении к себе куль­турного достояния общества, созданного прошлыми поколениями и создаваемого в период его детства взрослыми.

Знаний и навыков ребёнку в этом возрасте не хватает и, как следствие, — царапины, ссадины, синяки и шишки, и открытые возможности более тяжелых травм и не чаянной им гибели под воздействием большей частью объектов техносферы[313] как домашних, так и уличных.

* * *

Поэтому от родителей (а также и от всех взрослых, рядом с которыми оказались дети) требуется наблюдательность, внимательность, предусмотрительность и упреждающая заботливость, чтобы ребёнок, познавая и приспосабливая к себе Мир, не совершил чего-нибудь такого, что может его необратимо покалечить или убить. Если Божьим попущением происходит нечто такое, то виновны взрослые, проявившие в каких-то своих делах некую преступную беззаботность (не обязательно в отношении их ребёнка: Мир един и целостен), проявившие паразитизм или агрессивность, которые вернулись к ним же по цепям обратных связей в виде такого рода «ответной» информации.

И хотя такие случаи печальны и тяжелы для всех, так или иначе сопричастных им, но жизнь вещественного тела — это ещё не жизнь человека в её полноте, а Всевышний не ошибается. И всё, что происходит, происходит наилучшим возможным образом при тех нравах, и выражающей их этике, которые свойственны людям:

Не нравится, что и как происходит в Жизни Божьим попущением, — меняйте свои нравы, предопределяющие алгоритмику индивидуальной и коллективной психики, и УЧИТЕ своих детей и внуков УЧИТЬСЯ осваивать праведность по Жизни, чтобы им не влачить жалкое существование в той области Предопределения Божиего, которая именуется «попущением».

* *
*

Но к дальнейшему развитию культурного достояния на основе его переосмысления и внесения в него чего-то нового, прежде в нём не бывшего, ребёнок ещё не готов: мировоззрение и миропонимание в большинстве своём ещё не позволяют этого, а алгоритмика психики ещё занята решением задач, относящихся к другой проблематике.

В этом периоде продолжается пополнение информационного обеспечения поведения человека «первичной» информацией на основе предоставления Богом в Различение самому ребёнку и воспитывающим его старшим (родителям, дедушкам, бабушкам, бра­тьям и сёстрам, друзьям дома и т.п.) каких-то пар «это — не это» и сопутствующей им «оперативной» и «ответной» информации, которую взрослые должны осмыслить. Когда что-то в Различении даётся причастным к воспитанию окружающим, то в их внимание попадает нечто, и если их внимание не уходит от него на какие-то их собственные проблемы, то появляется мысль: «Вот оно, что надо ребёнку». На этом процесс может и прерваться, поскольку родители и другие взрослые, будучи подвластны суете и своим устремлениям, могут и не сделать того, что осознали как необходимое для развития их ребёнка.

Когда в Различении что-то даётся непосредственно ребёнку, то он, в тех случаях, когда не может управиться с этой информацией самостоятельно, начинает наседать на окружающих его взрослых с разнородными вопросами и требованиями. Эти вопросы и требования могут резко контрастировать по отношению к повседневному кругу игровых интересов и притязаний получить удовольствие от чего-то вкусненького или ещё чего-то, что свойственно детям в возрасте от 3 до 7 лет.

Ребёнок в этом возрасте может добиваться от родителей ответов на вопросы о том, как устроен Мир? А на ответ, что «Мир состоит из материи», начнёт требовать по существу ясного ответа на вопрос: «чем отличается неизвестная ему «мате­рия», из которой состоит Мир, от той известной ему материи, из которой сшита одежда?» (если его вопрос перевести на язык «на­уч­ной» фило­софии). Его интересуют и вопросы, чем отличается живое от неживого? что такое смерть, и как живут умершие[314]? есть ли Бог, а если его нет, то почему говорят, что Он есть? больно ли дереву, когда его пилят? а хорошо ли есть мясо, ведь животным, птицам и рыбам страшно и больно, когда их убивают? откуда берутся деньги и почему возникают цены такие, и почему нельзя бесплатно? кто хозяин? как устроено государство, и почему в одних есть короли, а в других нет? что такое «хорошо», и что такое «плохо»? почему и для чего девочки и мальчики — разные? как выглядят взрослые дяди и тёти без одежды? Расскажи, какой ты был (бы­ла), когда ты был (была) маленький (маленькой). А как жили, когда меня не было? откуда взялся первый человек?

И ребёнка интересуют ещё множество других вопросов, поиск ответов на которые обеспечит работой не один научно-исследо­ва­тельский центр на несколько десятков лет.

Для очень многих детей в возрасте от 3 до 7 лет в такого рода философских вопросах выражаются их личностные интересы, заблаговременно направленные Свыше на информационно-алго­ритмическое обеспечение осуществления ими своих программ «максимум» на протяжении всей их последующей жизни.

И самое печальное то, что взро­слые относятся к такого рода вопросам несерьёзно — как к детским бессмысленным причудам, отмахиваются от них или же дают на них ответы ложные[315], а не по существу, хотя бы в меру своего сложившегося понимания и соответственно тому, что ребёнок в его возрасте способен понять при уже освоенных им знаниях и развитости мировоззрения и миропонимания[316]. Глядя же на то, как взрослые относятся к такого рода вопросам детей, можно подумать, что взрослые сами никогда не были детьми, что их никогда не интересовали такого рода вопросы философии и богословия очень высокого уровня, если говорить языком науки мира взрослых.

Но кроме того, что ребёнок задаёт глубокие философские вопросы, он может требовать, доходя до скандала, чтобы ему купили какую-то вполне определённую книгу, к восприятию содержания которой он в его возрасте заведомо не готов, в чём он и убедится, если её начать ему читать. После этого книга может находиться дома десяток и более лет, прежде чем он её найдёт, прочтёт, либо вспомнит прочитанные ему в детстве и непонятные тогда фрагменты, а написанное в ней сочтёт значимым для своей взрослой жизни[317].

Ребёнок может и «присесть» на информационные потоки взро­с­лых, когда они обсуждают что-то просто интересное или важное для них, а он, внезапно прекратив свои игры, шум и приставание, присоседится тихонечко рядом со взрослыми и со вниманием будет слушать и запоминать то, чему нет места в игровых интересах его и сверстников, и будет помнить это если и не всю свою жизнь, то долгие годы.

И вся такого рода тяга детей в возрасте 3 — 7 лет к недетским интересам может протекать на фоне обычных детских игр и капризов по поводу не купленной, но желанной игрушки, мороженного и т.п., что свойственно всем детям в их возрасте. И хотя интенсивность и мощность капризов у каждого ребёнка своя в каждом его возрастном периоде, и капризничают все дети просто в силу свойственного их возрасту «Я-центризма» и определённой неустойчивости алгоритмики психики, информационное и нравственное обеспечение которой ещё не сформировалось, однако некоторые капризы и требования детей выделяются из их общего набора как-то особенно своей казалось бы немотивированностью или мотивированностью интересами, не соответствующими их возрасту.

Такого рода явления в жизни ребёнка могут вызывать удивление и раздражение родителей, обусловленное их забывчивостью об их собственном детстве и непониманием ими Жизненной целесообразности происходящего в психике ребёнка (зачем «это» “ИХ крохе”?[318]), но в отличие от взрослых, ныне в большинстве своём живущих сиюминутными интересами и суетой, ребёнок в возрасте от 3 до 7 лет живёт ещё под Божьим водительством и боль­шей частью не противится ему: он под Божьим водительством готовится к продолжительной жизни, и Бог — лучше малыша и его родителей — знает, что именно потребуется ребёнку во взрослой жизни, и заблаговременно предоставляет ему доступ к необходимой «пер­вич­ной» информации, как непосредственно давая ребёнку в Различение нечто, что влечёт за собой с его стороны вопросы философско-богословского и высоко научного характера, просьбы и требования к родителям и всем окружающим, явно не укладывающиеся в круг игровых интересов детства; так и опосре­до­ванно, — давая нечто в Различение окружающим, чтобы они осмыслили это сами, а осмыслив данное им в Различение, — дали бы ребёнку заблаговременно что-то дулжное и необходимое для его будущей жизни.

Интерес детей в возрасте 3 — 7 лет к вопросам, во взрослой жизни относимым к компетенции философии, богословия, социологии, теоретической и экспериментальной физики, биологии, и инженерного дела[319] и т.п., причём интерес — часто запредельный по отношению к наивысшему достигнутому к историческому времени их детства уровню развития соответствующих отраслей культуры общества, — естественен, поскольку:

· Именно в этом возрасте происходит формирование осознаваемой самим ребёнком его нравственности в том смысле, что он становится способен давать мотивированные ответы на вопросы о том, чего он хочет и почему, а также способен относить к категориям «хорошо» и «плохо» желания и дела как свои собственные, так и других реальных субъектов и вымышленных персонажей.

· Нравственность, формирующаяся в этом возрастном периоде, представляет собой СКЕЛЕТНУЮ ОСНОВУ всей будущей НРАВСТВЕННОСТИ ВЗРОСЛОГО ИНДИВИДА. Именно на эту «скелетную основу нравственности», соответственно составу и иерархической упорядоченности в ней нравственных мерил, будут нарастать в течение жизни и все остальные нравственные мерила.

· Божие предопределение человеку быть наместником Божиим на Земле объективно требует от личности определённости во мнениях именно по такого рода вопросам — в толпо-“эли­тар­ном” обществе «запредельным» для большинства взрослых по отношению к их миропониманию и принятой ими на себя заботе. А близкая к истине или ложная определённость мнений именно в отношении такого рода вопросов, равно как и неопределённость мнений в отношении них (как разновидность безнравственности), определит и всю последующую жизнь индивида и возможность осуществления им программ «мак­си­мум» и «минимум» хотя бы к старости[320].

Именно по этим причинам интерес ребёнка к такого рода вопросам в этом возрастном периоде закономерен. Ущербность (не­пол­нота) и извращённость скелетной основы нравственности (как и везде, где термин «скелет» может быть употреблён в прямом или переносном смысле) — наиболее тяжелые и наиболее трудно устранимые в последующие периоды жизни дефекты личностного развития. Если скелетная основа нравственности не строится на осмыслении ребёнком «запредельных» вопросов в общении с природой и взрослыми, то она формируется в более или менее ущербном виде большей частью бессознательно: в процессе подражания ребёнка поведению взрослых (как в жизни, так и в кинофильмах) и списывается из родовых эгрегоров и разнородных их объемлющих эгрегоров в порядках их взаимной вложенности в «ноосфере» Земли.

Но кроме этого, в толпо-“элитарном” обществе скелетная основа нравственности хотя бы отчасти извращается господствующей культурой общества в целом, а также субкультурой тех кругов общества, к которым принадлежит семья, — её готовыми к употреблению мнениями по мировоззренческо-богословским вопросам. В эпоху идеалистического атеизма новые поколения так перенимали у взрослых обрядоверие, разрушавшее их веру Богу по совести в Жизни и их личностную сокровенную религию; в эпоху материалистического атеизма точно так же новые поколения перенимали у взрослых убеждённость в том, что Бога нет, хотя живя по совести, они могли в Жизни быть ближе к Богу, нежели бессовестные обрядоверы-ритуальщики, с детства убеждённые в том, что Бог есть и что Он — Вседержитель[321].

И чтобы не воспроизводить в новых поколениях автоматизмы поведения на основе ошибочности мнений прошлых поколений по разнородным «запредельным» вопросам, взрослые сами должны думать вместе с малышами о том, во всех ли своих мнениях по «запредельным» вопросам они правы.

Для общества лучше поддерживать и удовлетворять интерес малышей именно к этой проблематике — запредельной по отношению к достигнутому уровню культуры, — нежели отказывать малышам в удовлетворении их интересов или навязывать им в качестве обязательных интересов представления взрослых дипломированных педагогов, часто слабоумных и беспамятных, о том, что — на взгляд взрослых — должно быть интересно в их детстве людям другого поколения, которому предстоит решать иные задачи развития человечества.

Ниже — пример научно обоснованной педагогики младшего возраста в её практическом применении, памятный по реальному детсадовскому прошлому:

* * *

Согласно методическим руководствам педагогов в детских садах СССР в конце 1950‑х — начале 1960‑х гг. на музыкальных занятиях с принудительной дисциплиной малыши хором разучивали песенку со словами «солнышко на дворе, а в саду тропинка, сладкая ты моя, ягодка-малинка», которую пели без вдохновения и интереса для того, чтобы не быть поставленными в угол; а оставшись сами без присмотра воспитателей на какое-то время[322], некоторые малыши, хотя и не все, распевали песенки из детской субкультуры с иными словами: «была бы водка и хвост селёдки», — и тайком (в возрасте 5 — 6 лет), за летней душевой на территории детского сада, пытались группкой поочерёдно по кругу курить папиросу “Беломор” (папиросы кто-то из них на протяжении при­мерно недели систематически приносил из дома). Ежедневное курение продолжалось до тех пор, пока чьи-то родители по возвращении из детского сада не учуяли табачный перегар в дыхании их малышей и не поставили вопрос перед воспитателями и администрацией.

Скелетная основа нравственности, сформированная в раннем детстве на водочно-закусочной проблематике в те годы, ныне повсеместно выражается во взрослой жизни того и нескольких последующих поколений бывших малышей. А если бы скелетная основа нравственности формировалась иначе: не на водочно-заку­соч­ной проблематике, господствовавшей в некоторых семьях и во дворах, и не на дурацких песенках в детском саду «про сад с малиной», придуманных для детей одуревшими взрослыми[323], а на общемировоззренческой проблематике жизни человечества? — ныне жизнь России была бы иной.

А что ныне подсовывают малышам в качестве якобы их детских интересов взрослые олухи-педагоги в реальной практике детсадовского воспитания и воспитания телевещанием? кто это воспитание осуществляет? кто и как будет расхлебывать его последствия…

Подумайте, что с этим делать, и как обезопасить детей, хотя бы в будущем от таких дипломированных вредителей — педагогов и ряда детских писателей, сценаристов и режиссёров, составителей телепрограмм? — если репрессии в отношении них не обеспечивают разрешения проблемы становления скелетной основы праведной нравственности будущих поколений.

* *
*

Но реальная культура общества нынешней глобальной цивилизации (за исключением некоторых специфических субкультур и относительно небольшого количества семей) такова, что естественный для большинства детей интерес к ключевым вопросам жизни каждого из них персонально, к ключевым вопросам жизни общества и Жизни в целом — в возрастной период становления скелетной основы нравственности не находит должного удовлетворения. И к тому в толпо-“элитарном” обществе, помимо зомбирующей профессиональной дипломированной ОДУРЯЮЩЕЙ ПЕДАГОГИКИ, есть две взаимосвязанных и наиболее бросающихся в глаза причины:

· Собственная бесчувственность самих родителей к значимости этих вопросов, приобретённая ими с их личным вхождением в суету взрослой жизни общества, не вызревшего до человечности; обусловленное этим же невежество старших в существе ответов на эти вопросы; постоянная увлечённость взрослых суетой (работой на износ ради карьеры или денег, делами по дому, телевидением, той или иной зависимостью от деградационно-паразитичес­ко­го спектра потребностей и т.п., свойственного господствующей культуре общества).

· «Стратегия воспитания», проистекающая из представлений самих взрослых о том, чему необходимо научить ребёнка для достижения им «успеха в жизни» вне зависимости от того, удалось ли самим взрослым достичь того успеха, который они программируют ребёнку (другое дело, насколько они смогут воплотить в жизнь свою «стратегию воспитания»), или же не удалось. «Стратегия воспитания» оказывается подавляющим фактором в «благополучных» семьях, где дети не предоставлены самим себе, улице и телевизору (а в перспективе — и интернету) вследствие того, что их родители увлечены суетой или порабощены деградацией.

Подавляющие «стратегии воспитания» выражаются в принуждении ребёнка к обучению игре на фортепиано, занятиям фигурным катанием, спортивной гимнастикой, иностранными языками, усиленными курсами математики, физики, химии и т.п., что составляет предмет моды на воспитание и образование (в смысле получения знаний и обретения навыков) в период активной жизни каждого нового поколения родителей, дедушек и бабушек.

Сказанное не означает, что ребёнка не следует учить музыке, танцам и многому другому, но недопустимо его прессовать модным воспитанием и образованием так, чтобы у него не было ни времени, ни сил для того, чтобы самому ставить и находить ответы на ключевые вопросы о том, как устроена Жизнь, относимые в мире взрослых к уделу глубин профессиональной науки или высотам религии.

Если родители очень настырны в такого рода прессовании ребёнка своей «стратегией воспитания», а на ребёнка в его программах «максимум» и «минимум» Богом в Промысле возлагаются какие-то особые задачи, то родительская «стратегия воспитания» оказывается помехой осуществлению Божиего Промысла. А настырность родителей, замкнувшихся в своих представлениях о так называемом «правильном воспитании» и потому не внемлющих ни чему и ни кому, может привести к тому, что они сами осиротят своего ребёнка: они оба или кто-то один может умереть для того, чтобы не мешать становлению личности ребёнка в русле Промысла (в этом один из ответов на вопрос, почему многие из тех, кого общество называет великими людьми по их вкладу в развитие культуры, лишились в детстве одного или обоих родителей). В менее тяжелых случаях они, настырно проводя в жизнь свою стра­тегию «правильного воспи­та­ния» (ради твоего же будущего стараемся, но ты этого пока не понима­ешь!), просто затруднят ребёнку осуществление его программ «максимум» и «минимум»[324].

Или, если решение Свыше принимается в пользу продолжения жизни родителей, которые преуспевают в обучении своих детей чему-то, что неуместно для дальнейшего осуществления Промысла, то они их дети могут уйти из этого мира раньше, чем они.

В действительности, вне зависимости от уровня образования[325], достигнутого взрослыми, они в этот период детства своих детей должны планировать распределение своего времени и сил так, чтобы, когда ребёнок задаёт богословско-философские вопросы, — обязательно вступать с ним в осмысленные диалоги. Причём взрослый обязан понимать, что ответы на эти вопросы значимы и для ребёнка, и для самого взрослого. И поэтому он обязан думать (раз­мы­шлять, соображать) сам, а не выдавать известные ему готовые мнения по ним в магнитофонно-попугайском режиме. Дело в том, что процесс мышления — не химические реакции и физиология обмена веществ в тканях нервной системы человека[326], а биополевой процесс, только поддерживаемый физиологией обмена веществ и структурами вещественного тела.

Процессу мышления соответствует определённая алгоритмика управления органами чувств, каналами передачи информации в организме человека, алгоритмика взаимодействия правого и левого функционально специализированных полушарий головного мозга[327]. И эта алгоритмика в целом и в своих составляющих отлична от других режимов: бездумья, сна, мышечной работы, отдыха в состоянии бодрствования и т.п. Всё это и многое другое находит своё выражение в излучении биополей человеком, будь он ребёнком или взрослым.

Но есть и разница между взрослым и ребёнком: как взрослый сильнее ребенка в отношении мощи мускулатуры, так он нормально сильнее ребёнка и в мощи биополей. И это означает, что если биополя ребёнка и родителей не разобщены, а замкнуты друг на друга, то взрослый, является лидером в настройке алгоритмики биополей системы «ребёнок + взрослый», в том числе и возбуждая излучение ребёнком тех составляющих его биополя, излучение которых для него самого пока не свойственно (ребёнок ещё не нашёл в себе эти возможности).

Ребёнок обладает (пусть и бессознательной) чувствительностью к биополям, тем более к биополям своих старших родственников. На основе генетически заложенной рефлекторной настрой­ки контуров прямых и обратных связей физиологии организма в психике ребёнка формируется алгоритмика подстройки под разнородные внешние обстоятельства. Она наиболее активно развивается тоже в период детства в возрасте 3 — 7 лет в играх, в которых дети воображают себя кем-то или чем-то, подражают окружающим объектам и субъектам. И соответственно, оказавшись в биополе взрослого, ребёнок — просто для того, чтобы чувствовать себя уютно (явный диссонанс по-разному излучаемых биополей может быть столь же неприятен в ощущениях, как чирканье сталью по стеклу или фальшивые ноты в аккорде или мелодии), — бессознательно настраивает алгоритмику управления организмом и его специализированными вещественными и биополевыми стру­к­турами на тот режим, в котором излучение им биополей синхронизируется и спектрально повторяет более мощное излучение взрослым его биополей, в которых находится ребёнок[328].

Если личностная культура мышления и психической в целом деятельности взрослого эффективна, то ей соответствует и определённый режим излучения биополей; если взрослый отвечает на вопросы ребёнка в магнитофонно-попугайском режиме, не думая вообще, либо отвечая на вопросы ребёнка рассеяно и сосредоточенно “думая” о чём-то своём, то этому соответствует и иной режим излучения биополей. В этом случае ребёнок может попытаться помочь себе и взрослому вопросом, типа «пап, ты где?», который должен побудить взрослого вернуться к ребёнку и дать ему то, в чём он нуждается: опорный ЖИВОЙ образец-эталон настройки биополевой системы организма в процессе эффективного мышления. Если этот эталон-образец взрослый дать не сможет, то ребёнок вынужден будет вырабатывать его сам методом проб и ошибок, возможно на протяжении всей своей жизни, или будет искать его в доступных ему эгрегорах.

Но не исключено и такое, что он уйдёт из жизни древним слабоумным стариком, однако не выжившим из ума вследствие разрушения структур организма в старости, а так и не научившимся думать; не научившимся думать всего лишь потому, что, когда необходимо было думать вместе с ним о ключевых вопросах Жизни в его детстве, его родители отмахнулись от него или дали ответы на вопросы в магнитофонно-попугайском режиме[329].

Но основой — фундаментом, на котором строится личностная культура настройки организма на разнородную психическую деятельность, является личностная культура чувств и культура внимания. И потому, начиная с ещё более раннего детства, для воспитания культуры чувств малыша надо вместе с ним слушать, как растут цветы и травы, когда ему самому интересно это, а не читать газету сидя в сторонке; смотреть, как ползают по земле и травинкам жучки и как блестит структурированная поверхность их надкрылий, а в ней отражаются мелодии солнечного лучика, играющего в атмосфере; видеть, что земля у основания стеблей, не чёрно-серое однородное месиво, какой она представляется из окна мчащегося по шоссе автомобиля, а множество песчинок и крупинок останков трав и иной живности прошлых поколений, по которым ползают муравьишки и ещё какие-то мелкие букашки, и что всё это живёт, представляет собой часть Жизни, и тоже как-то “смотрит” на человека и человечество; по-своему как-то относится к ним, подобно тому, как мы сами “смотрим” на них и относимся к ним.

Если у самих родителей вследствие множества дел на это не остаётся времени и сил, то их должны поддержать дедушки и бабушки. Но для того, помощь дедушек и была своевременна, семья (множество совместно проживающих водном месте родственников) должна включать в себя несколько поколений, а её жилище должно быть достаточно просторным и удобным для этого[330].

С такого рода обделённостью детей в возрасте от полутора до семи лет свободными сопереживаниями вместе со взрослыми разным формам жизни в биосфере Земли, с обделённостью детей обоюдно интересными диалогами на богословско-философские темы о Жизни вообще и о Жизни в её частных разнородных проявлениях, в которых взрослые не только должны помочь детям сформировать скелетную основу их нравственности, но идать им опорный живой эталон настройки алгоритмики управления организмом и психикой в целом в процессе чувственной деятельности и мышления, — связаны и большинство проблем с успеваемостью в школах в более старшем возрасте.

* * *

Господствующая на протяжении последних нескольких веков массовая, крупно поточная зомбирующая педагогика не видит своеобразия личности каждого ребёнка, она не различает детей, не видит особенностей развития каждого из них, и главное — не видит сбоев (остановок, уклонений, не преодолённых рубежей) в их развитии, не говоря уж о том, чтобы помочь детям преодолеть последствия уже свершившихся сбоев и упредить новые в будущем. Она начинает прямо с того, что берётся пичкать ребёнка разнородными знаниями[331], не выделив его личностного своеобразия из безликой массы, не утрудившись научить его быть чувствительным к собственному организму, к физиологии и пластике как вещественного тела, так и к физиологии и “пластике” биополя[332]. Но как невозможно играть на ненастроенной скрипке или гитаре, как невозможно фотографировать фотоаппаратом, на объективе которого крышка или система наводки на резкость работает с ошибками, — так и не настроенный организм не в состоянии обеспечивать эффективную психическую деятельность, вклю­чая и внимание знаниям, насаждаемым школь­ной педагогикой; а тем более, он не способен обеспечить самостоятельное освоение знаний и навыков детьми при вспомоществовании им в этом деле учителями. И это — главный изъян сложившейся педагогики как практически действующей системы, и как теоретической отрасли науки.

И соответственно легко и хорошо в школе и в вузах учатся те, кого в детстве дома родители, дедушки и бабушки довели до той стадии личностного развития, что они способны черпать знания из системы обязательного и специального образования более или менее самостоятельно вопреки порокам господствующей педагогической науки и практики.

* *
*

Но если человек — в любом возрасте — внезапно обретает в себе настройку организма, и соответственно настройку биополевых процессов, обеспечивающую эффективное мышление и психическую деятельность в целом, то мощь его интеллекта столь же резко и многократно возрастает.

Так происходит вне зависимости от того, выработал ли он правильную настройку сам под Божьим водительством и научился воспроизводить её по своему произволуили она стала для него естественной и необратимо устойчивой нормой (о такого рода чуде повествует житие Сергия Радонежского, которому в начальный период обучения учёба едва давалась), либо так или иначе воспроизводит её в себе, «списав» с кого-то другого[333]. Но в детстве нормально, что ребёнок не обрёл ещё той закрепощённости, которая свойственна многим взрослым, жаждет общения с родителями (а также, возможно, и со взрослыми друзьями семьи), и потому в возрасте полутора — семи лет он наиболее восприимчив к тому, чтобы бессознательно подстроиться под режим излучения биополей, соответствующий наиболее эффективной чувственной, интеллектуальной и психической в целом деятельности, поддерживаемой определённой настройкой организма, его вещественных и биополевых структур.

И беда большинства семей в том, что родителям либо нечего предоставить детям, либо родители не находят свободных времени и сил для того, чтобы предоставить детям хотя бы то, чем располагают они сами, и в чём дети более всего нуждаются для становления к началу юности в качестве человека — носителя человечного строя психики.

Другой лик этой беды в жизни общества состоит в том, что взрослые — хотя бы в зрелости или к старости (став уже дедушками и бабушками) — сами упускают возможность обрести в себе, сопереживая малышам в освоении ими Мира и в диалогах с ними на ключевые темы Жизни, то, чего они сами не получили в своём детстве от своих родителей; кроме того, в диалогах с детьми на богословско-философские темы взрослые имеют возможность освободиться от свойственных им заблуждений, которые они переняли в готовом виде из культуры более старших поколений, что откроет им самим новые возможности в Жизни.

Но навыки настройки организма, его вещественно-телесных и биополевых структур, на эффективную чувственную, интеллектуальную и психическую в целом деятельность необходимо освоить ребёнку ранее достижения им 6 — 8 лет, поскольку в этом возрасте ребёнок идёт в школу.

И соответственно Жизнь требует ото всякого, кто желает состояться в качестве человека, осознанно произвольной вла


0008750541827041.html
0008783186294022.html
    PR.RU™